Д-р Э. Андерсен

ГРУЗИНЫ «ПО ТУ СТОРОНУ»: 1941-1945

Ниже следует описание событий и людей, само упоминание о которых долгое время являлось табу в литературе и прессе Советского Союза и до определенной степени замалчивается в современной России. Это и неудивительно. Сам факт существования грузинских, северокавказских, армянских и азербайджанских воинских частей в составе Вермахта в годы Второй Мировой войны являлся как личным вызовом маршалу Сталину (уроженцу Кавказа), так и пощечиной всей советской политической системе с ее «нерушимой дружбой советских народов».

Хочется подчеркнуть, что настоящий материал не является панегириком грузинам и прочим кавказцам, волей или неволей связавших свою судьбу с «Третим Рейхом», т.к. симпатии автора (и хочется верить - читателей) далеки от нацизма, фашизма и политики держав Оси. В то же время автор воздерживается от вынесения каких-либо оценок или вердиктов этим людям. Вторая Мировая война закончилась 57 лет назад, большинство судебных дел, связанных с ней, завершено. Приговоры вынесены. Что же касается эмоциональных оценок поведения этих людей, то оставим их политиканам, спекулирующих прошлым, для того, чтобы отвлечь внимание от проблем настоящего, или «пикейным жилетам», не знающим иного способа справиться со скукой. Задача данного материала суммировать имеющуюся разрозненную и далеко не полную информацию о грузинских и абхазских легионерах, воевавших на стороне гитлеровской Германии, попытаться дать объяснение комплекса причин, побудивших их сделать этот жизненный выбор, описать поставленные перед ними задачи, их символику, обмундирование и знаки различия, проследить их боевой путь от момента формирования и вплоть до достаточно бесславного и более чем печального конца.

НАЧАЛО

В первые недели после вторжения немецко-фашистских войск на территорию СССР командование Вермахта было шокировано поистине огромным количеством советских граждан различных национальностей и возрастов, изъявивших желание в той или иной форме сотудничать с вооруженными силами гитлеровской Германии. В течение первых полутора лет войны эти люди были отстранены от непосредственного участия в боевых операциях и выполняли вспомогательные функции. Официально они числились «добровольными помощниками» и на немецком военном сленге назывались «Хиви» (от слова «хильфсвиллиге» - добровольные помощники). К концу число таких «Хиви» из числа советских граждан превысило миллион человек. Уже с конца 1942 года германское командование на Восточном фронте начало спонтанное формирование т.н. «Осттруппен» («восточных войсковых частей»), организованных как правило по национально-этническому признаку и постепенно приобретавших черты «национально-освободительных армий».

Сознательно оставим за рамками данного эссе детали формирования РОА («Российской Освободительной Армии»), о создании и лидерах которой (Власов, Жиленков. Буньяченко, Боярский, Каминский) написано много статей и книг и будет написано еще больше. Оставим в стороне и УВВ («Украиньско Визволенне Вийско») – единственная военная организация, связанная с выходцами из СССР, созданная еще до июня 1941 года. Автор данного материала хотел бы сконцентрироваться только на тех формированиях, к которым имели непосредственное отношение грузины. Большинство коллаборантов из числа грузин служило в т.н. легионах, сформированных из представителей тех народов, территория которых в соответствии с планами Гитлера и его окружения не должна была быть включена - в Германскую империю ни непосредственно, ни в качестве протекторатов. Этим народам было когда туманно, а когда и конкретно обещано восстановление их государственной независимости, естественно при условии постоянного следования в фарватере гитлеровской политики.

К сведению неосведомленных читателей: ни русским, ни украинцам нацисты не обещали никакой отдельной государственности. Гитлер с бескомпромиссным отвращением относился к идеям командования Восточного фронта о создании РОА, УВВ и каких бы то ни было русских или украинских правительств и национальных комитетов, которые создавались в условиях прямого неповиновения командования директивам из центра и личным приказам «фюрера». Сам «фюрер» и его ближайшее окружение не скрывало презрения и ненависти лично к генералу Власову и другим лидерам российских и украинских коллаборантов. Предпринимались неоднократные шаги в направлении их физической ликвидации, иногда кончавшиеся успехом (например расстрел полковника Каминского или украинских офицеров - «нахтигалевцев», которые впрочем вряд-ли заслужили чего-либо другого своими зверствами по отношению к гражданскому населению). Что же касается других национальных меньшинств СССР (исключая прибалтов), то можно сказать, что к ним нацистское руководство демонстрировало гораздо более либеральное отношение. Сам Адольф Гитлер неоднократно подчеркивал важность установления «доверительных отношений» с мусульманами, рассчитывая, что это поможет в будущих проектах по захвату колоний в Африке и на Ближнем Востоке. По не совсем ясным причинам «в фаворе» у Гитлера были и армяне – единственный народ на Кавказе, который он считал «арийским». К грузинам также было «особое отношение», однако они пользовались наименьшим благоволением нацистского лидера. Разные очевидцы упоминают часто повторяемую Гитлером фразу:«Не знаю... не знаю, как поведут себя эти грузины». Основными «адвокатами» грузинских коллаборантов перед Гитлером являлись «главный этнограф рейха» Альфред фон Розеннберг (министр по делам Восточных территорий) и как ни странно - «главный палач» Хайнрих Гиммлер (министр внутренних дел Германии, начальник Гестапо). Так или иначе статус грузинских коллаборантов все же был значительно выше статуса русских и украинцев и практически приравнивался к статусу западно- и центрельноевропейских коллаборантов-«неарийцев» (французов, валлонов, хорватов, латышей и эстонцев).

Первым легионом, созданным на Восточном фронте из нерусских граждан СССР был легион «Туркестан» (ноябрь 1941), в который зачисляли не только собственно «туркестанцев» (жителей среднеазиатских республик и Казахстана), но также татар, башкир и азербайджанцев. В последствии от «Туркестана» откололись легионы «Идель-Урал» (татары, башкиры и чуваши) и «Кавказско-мусульманский легион», вскоре в свою очередь расформированный на легионы «Азербайджан» и «Нордкауказиен» («Северный Кавказ»). 30 декабря 1941 решением командования Восточного фронта были созданы также легионы «Грузия» и «Армения». Первым центром грузинского легиона, откуда осуществлялась вербовка и где проходило обучение офицерского и унтер-офицерского состава был польский поселок Крушна. Вскоре однако штаб грузинского легиона был переведен в г. Мариамполе (Литва). Грузинский легион, как и остальные пять легионов подобного типа (легионы «Туркестан», «Идель-Урал», «Азербайджан», «Северный Кавказ» и «Армения») подчинялся специально созданному германскому коммандованию «Коммандо дер Остлегионен». Во главе легиона стоял «Грузинский Национальный Комитет», исполнявший функции «правительства в изгнании». Официальным командиром легиона с января 1941 года был полковник Шалва Маглакелидзе.

Полковник Шалва Маглакелидзе

Фото © George Nikoladze

Следует сказать, что идея создание легиона была с энтузиазмом поддержана прогермански настроенной частью грузинской эмиграции. Прежде всего это относится к грузинской диаспоре в Германии (в основном те, кто учился в Германии в 1919-21 и остался там после захвата Грузии советской Россией в 1921), которая подверглась значительному влиянию нацистской идеологии, и части грузинской диаспоры во Франции и Бельгии, хотя в последних двух странах далеко не все грузины заняли про-германскую позицию. Многие из бельгийских и французских грузин были активными участниками анти-гитлеровского подполья и сил сопротивления. Характерно, что в «Грузинском Национальном Комитете», в Мариамполе господствовало полное согласие между бывшимои советскими грузинами и грузинами-эмигрантами. В этом смысле грузинские коллаборанты значительно отличались например от русских коллаборантов (русские коллаборанты из числа белоэмигрантов ненавидели Власова и власовцев за отказ последних полностью вернуть Россию к дореволюционным порядкам, да и за многое другое).

КТО И КАК ПОПАДАЛ В ЛЕГИОН.

ПЛАНЫ ЛЕГИОНЕРОВ И ИХ БЕНЕФАКТОРОВ

Личный состав легиона «Грузия» формировался в основном тремя путями:

1. Из числа заключенных грузинской национальности в лагерях для военнопленных.

2. Из числа прогермански настроенных грузин-эмигрантов и их детей.

3. Из числа перебежчиков грузинской национальности.

Следует с самого начала отметить, что среди перебежчиков из Красной Армии грузин было очень мало. По численности грузины-перебежчики уступали не только азербайджанцам, но даже малочисленным народам Северного Кавказа. О тех же, кто добровольно вступил в легион, будучи заключенным концлагеря, следует сказать особо. Большинству читателей известно, что в СССР было практически единогласно принято считать этих людей «выродками», «предателями родины», «бандитами» и «отпетыми уголовниками». В действительности это было не совсем так. Представляется возможным разделить всех грузинских легионеров на три основных категории:

А. Убежденные националисты (с некоторыми оговорками их даже можно назвать своеобразными патриотами Грузии), считавшие, что Грузия в составе СССР незаконно (в результате советско-турецкой агрессии 1921г.). Такими были почти все легионеры из числа эмигрантов и некоторая часть советских грузин, оппозиционно относившихся к советской власти. С их точки зрения Грузия была страной, оккупированной чужеродным коммунистическим режимом, и освобождение ее от иностранной власти имело смысл любой ценой, в том числе и ценой союза с нацизмом (как говорится:«Хоть с Сатаной, но против большевизма!»), тем более, что немцы обещали восстановление грузинского государства по типу Хорватии и Словакии и даже территориального расширения. В планах Гитлера и его окружения предусматривалось восстановление Грузии, Армении, Азербайджана и Федрации Горцев в качестве «независимых» государств-сателлитов. При этом Армении было обещано возвращение Карабаха, Нахичевана и Шамшадина, Азербайджан предполагалось компенсировать частью Дагестана (теми районами, где в то время языком межнационального общения еще был азербайджанский) и возможно иранским Азербайджаном. Грузию предполагалось «премировать» Закатальским и Сочинским округами. Грузинам и армянам были также даны туманные обещания последующего пересмотра их границ с Турцией.

Б. Разного рода беспринципные и циничные авантюристы. Эта категория не требует особых комментариев. Таких было много среди коллаборантов разных национальностей, да и с противоположной стороны подчас тоже. Этих без сомнения можно называть «выродками» или «преступниками», на чьей-бы стороне они формально не находились. Многие из них как правило кончали военно-полевым судом с соответствующим результатом.

В. Принявшие решение под давлением обстоятельств, пропаганды и дезинформации. Таковых по всей видимости было большинство. Особенно из числа заключенных лагерей для военнопленных. Говоря об этих людях, следует помнить, что СССР был единственой страной в Европе, чье руководство отказалось подписать Женевскую и Гаагскую конвенции, регулирующие статус и права военнопленных, т.к. с точки зрения Сталина и его подручных любой советский воин, сдавшийся в плен при любых обстоятельствах, являлся предателем родины. Более того, члены семьи военнопленного подлежали немедленной депортации на малоразвитые восточные территории (Сибирь и Казахстан). Конечно бывали и исключения из правил (т.н. сам Сталин не был депортирован, хотя и являлся отцом военнопленного), но крайне редко. Это следует помнить, читая ниже о тех, кто решил перейти из разряда военнопленных в разряд легионеров.

В ходе второй мировой войны военнопленные из стран, воевавших с державами Оси (в том числе и стран, полностью захваченных нацистами и их союзниками, как например Польша или Нидерланды) содержались в достойных человека условиях, получали питание, медикаменты и даже почту по линии Международного Красного Креста, солдаты-военнопленные обязаны были подчиняться исключительно приказам своих офицеров, носивших знаки различия и даже имевших право на ношение личного холодного оружия.

В то же время советские пленные, не получавшие никакой поддержки от международных организаций и лишенные лпбых прав, пребывали в нечеловеческих условиях. Влачили полуголодное состояние или просто умирали от голода. В ходе войны Германия была сама в очень тяжелом экономическом положении, и все, что имела страна, шло в пользу Вермахта и СС (не считая того, что забирали на свое содержание гитлеровские бонзы и их челядь). Военнопленные же вряд-ли могли рассчитывать на что-то большее, чем брюквенная похлебка. Иногда для них не было и этого. К голоду следует прибавить бесперебойный физический труд, постоянные унижения человеческого достоинства и даже убийства со стороны охраны.

И вот в такие лагеря изголодавшимся, измотанным, потерявшим надежду людям приезжали сытые коллаборанты в элегантно пригнанной форме с национальной символикой и знаками различия, говорящие на родном языке будущих легионеров (иногда даже на изящном и красивом родном языке – если выступали образованные эмигранты) и призывали вступать в «национальную армию». Оставим то, что тех, кто записывался в легион часто на месте угощали белым хлебом с колбасой (по крайней мере немусульман) и стаканом вина, пива или водки. Не будем глумиться над чувствами голодных. Но приезжавшие гости говорили и о победах третьего рейха на всех фронтах (они часто врали, но ведь пленные были полностью экранированы от любых новостей), призывали включиться в борьбу «за новую Европу без большевиков и капиталистов», призывали помочь «скинуть кровавого тирана Сталина и его камарилью», призывали не остаться в стороне от борьбы «за восстановление растоптанной Россией государственности»...

Что могли чувствовать военнопленные – люди физически и морально раздавленные, отвергнутые тем государством, которое они защищали до попадания в плен, когда им предлагали личную свободу, человеческое содержание, участие в борьбе на стороне победителя и в конце концов – собственное государство? Да и почему подчиняться берлинскому режиму большее бесчестье, чем московскому, если оба режима по сути своей иностранные (по крайнее такая мысль проходила через многие тысячи голов)? И люди делали шаг из строя...

Даже много месяцев спустя, когда легионеры узнавали всю правду о том, чему на самом деле они служили или даже часть этой правды, оставалась надежда: «Вот сейчас, еще немного, и мы дойдем домой, отвоюем наше собственное государство, окрепнем, а потом... потом выкинем этих фашистов к чертовой матери...» - сколько раз эти мысли думались легионерами в окопах под рев «Катюш», сколько раз проговаривались они в откровенных разговорах во фронтовых землянках и чужих кабаках. Хотя за такие разговоры легко можно было загреметь под трибунал или в Гестапо, если сидящий напротив боевой товарищ оказывался информатором (а такое бывало нередко). Но главный шаг уже был сделан. Хотелось написать «роковой шаг», но ... увы – не такой уж и роковой, потому что умиравший в концлагере военнопленный был для «Партии и правительства» не намного меньшим предателем, чем легионер или даже эсэсман.

А ЧТО ЖЕ ГРУЗИЯ?

Автору данного эссе неизвестно, знало-ли население советской Грузии о самом существовании грузинского легиона и его задачах. Большинство источников – как официальных, так и опрошенных автором очевидцев (особенно из числа старых грузинских коммунистов) сходятся на том, что в годы войны большинство жителей Грузии демонстрировали единство в стремлении всеми средствами защищать «общий советский дом» от внешнего агрессора.

В то же время некоторые из очевидцев сообщали о выжидательной позиции некоторой части общества (особенно старшего поколения, среди которого были сильны рудименты отношения к немецкому народу как к флагману европейской культуры, а также воспоминания о немецких солдатах и офицерах, в конце 1й Мировой войны буквально спасших Грузию от турецкой оккупации). Имеются сведения о том, как во время наступления Вермахта на Кавказе, некоторые жители Груз. ССР рвали комсомольские и партийные билеты и ждали немцев как «освободителей». Некоторые старики из числа верующих православных считали, что «идет христианское воинство» на том основании, что у немецких солдат и у легионеров на ременных пряжках были выбиты слова «Готт мит унз» («с нами Бог»). Но по всей вероятности таких в Грузии все-таки было меньшинство. Фактом остается и то, что более полумиллиона грузинских солдат и офицеров Красной Армии (как впрочем и многих других кавказцев) блестяще показали себя в военных действиях и пользовались безоговорочным уважением боевых товарищей русской и других национальностей.

Однако ряд фактов (в т.ч.. возможно и сам факт существования грузинского легиона в составе Вермахта) сделал возможным рассмотрение Сталиным и его ближайшим окружением проекта принудительного выселения всех грузин из Грузии и депортации их в Казахстан и Сибирь. Очевидцы вспоминают медленно сказанную Сталиным фразу:«Ну чтож... если к этому есть основания, то они (грузины) должны быть выселены». Однако этот проект так и не был реализован (хотя в качестве «репетиции» несколько сотен семей грузинской интеллигенции были депортированы в Казахстан; депортации подверглись также все жившие в Грузии немцы и «турки-месхетинцы» - в т.ч. и родственники участников войны и даже героев Советского Союза). Известно, что одним из основных «адвокатов» грузин перед Сталиным выступил Вячеслав Молотов.

Во время кавказской операции командование Вермахта пыталось высадить на территории Грузии десанты с участием грузинских, абхазских и северокавказских легионеров (в частности в Сванетии и Абхазии), надеясь, что эти десанты смогут спровоцировать прогерманское восстание. Однако восстания спровоцированы не были, и десантники были уничтожены или пленены силами Красной Армии и НКВД при активном участии «истребителей» из числа сванов, абхазов и мегрелов. В конечном счете имеющаяся информация позволяет сделать вывод о том, что «грузинский проект» Вермахта никакой серьезной поддержки в Грузии не получил.

ОДИССЕЯ ГРУЗИНСКИХ ЛЕГИОНЕРОВ

Весной 1942 года на фронт из Мариамполе было направлено два полностью экипированных и обученных грузинских батальона (795й и 796й) общей численностью свыше 2000 солда